ТОО «Тепличные Технологии Казахстана»: 10 лет успеха и испытание на выживаемость (Виктор МОЛОДОВСКИЙ)

MyCollages

ТОО «Тепличные Технологии Казахстана» за 10 лет своего развития, от образования в марте 2008 года до дня сегодняшнего, приобрело статус такого же узнаваемого степногорского бренда, стало такой же «органикой» местной промышленности, как когда-то молзавод, или «Прогресс», или, к примеру, СУС. Другое дело, что трое последних плохо закончили. И очень бы не хотелось, чтобы подобная участь не постигла, казалось бы, вполне успешное тепличное хозяйство. Во всяком случае, о таком серьезном испытании предприятия на выживаемость сказал журналистам в эти юбилейные дни Александр ГРИБАЛЕВ, учредитель ТОО «Тепличные Технологии Казахстана», наш сегодняшний собеседник.

 

В начале славных дел

 

— Александр Николаевич, ТОО «Тепличные Технологии Казахстана» стало узнаваемым брендом давно уже не только в Степногорске, Кокшетау и Астане, но и во всем Северном Казахстане, а также на граничащей с нашей страной части России, в Омске, и дальше, в Новосибирске, Томске, Сургуте, Тюмени. Юбилей успешного предприятия – хороший повод рассказать, как и когда появилось у вас это название, с которым теперь ассоциируют наш Степногорск.

— Название родилось вместе с предприятием. Напомню, оно юридически образовалось в 2008 году, 25 марта, а строительство началось в 2009. Запустились мы в 2010 году, а уже в 2011 вышли на проектную мощность.

Наше предприятие создавалось исключительно для организации тепличного хозяйства, поэтому и возникло такое название – «Тепличные Технологии Казахстана». В то время в Казахстане было еще очень мало теплиц такого типа, как наша, то есть мы, можно сказать, стали в своем деле пионерами. Точнее, первой теплицей такого типа у нас стало ТОО «Кунарлы», а мы практически подхватили это направление и стали первыми в овощном ряду продукции (все знают, что «Кунарлы» специализируется на технических культурах).

— Вы ведь в самом начале получили очень хорошую государственную поддержку и успешно стартовали.

— Наша теплица стала одной из первых в Казахстане, строительство которой было профинансировано по государственной программе «КазАгро». Изначально под нашу теплицу планировалось два гектара, но в связи с тем, что для Северного Казахстана минимальный размер теплиц был три гектара, мы вышли на три с половиной и в таких масштабах воплотили этот проект в жизнь.

— Мы – это кто?

— Мы – это учредители ТОО «Тепличные Технологии Казахстана», я и Александр Рафаилович Герауф. А в более широком смысле мы – это и весь наш коллектив.

 

Кадры решают всё

 

— Давайте поговорим о коллективе. Сколько человек было в вашей команде, когда вы начинали проект, и сколько людей сегодня занято в тепличном комплексе?

— В первый год было всего три человека, которые продумывали структуру будущего предприятия, какая будет теплица, что будем в ней выращивать. Кроме нас, двоих учредителей, был еще главный агроном (сейчас он на пенсии). В 2008 году мы создали концепцию будущего предприятия, а уже в следующем году приступили к ее реализации. На этом этапе, естественно, к делу подключались новые люди. Кто-то уходил, кто-то приходил, но костяк остался. У нас есть люди, которые работают со времени основания предприятия, — это растениеводы. Их очень мало – вы сами знаете, вопрос текучки кадров в современных условиях архиважный, и особенно для нас. Кстати, сразу можно сказать, что на нашем предприятии существует система премирования людей, проработавших более года. Величина премирования зависит от их сроков работы в ТОО «Тепличные Технологии Казахстана». Если, к примеру, человек работает у нас пять лет, то его, условно говоря, «тринадцатая» зарплата увеличивается в полтора раза. Такую практику мы начали с 2017 года.

— То есть вы, в условиях нехватки кадров, ищете способы, как людей стимулировать, как «ковать» у себя специалистов и сохранять их?

— Приходят люди, которые еще ничего не умеют в нашем деле, на низкую зарплату – это 250 тенге в час, или 45 тысяч тенге в месяц. Почему на начальном этапе такая низкая зарплата? Потому что если 10 человек пришло, то, условно говоря, 9 точно уйдет. Чем это объясняется? Тяжело. Не все выдерживают рабочую нагрузку. Потом идет обучение. Если начавший с учеников основательно берется за дело, то уже через две недели получает следующий профессиональный разряд работника растениеводства и, соответственно, прибавку к зарплате. К слову сказать, у нас сдельная оплата труда – и это тоже хороший механизм для увеличения зарплаты. Мы в первые годы своей деятельности отнормировали все операции (подкручивание, прощипывание, намотка крючка, сбор огурца), которые делает человек, обслуживая растение. И человек уже сам знает, сколько он заработает. У нас есть люди, которые получают далеко за 100 тысяч тенге. Но они и работают – берут площадь больше, чем положено по нормативу. Да, нелегкая работа, но высокооплачиваемая, когда человек заинтересован в своих результатах труда.

— Вы, Александр Николаевич, сказали, что еще и учите людей профессии.

— Да. Но это больше относится к технологам, агрономам, начальникам производств – среднему и высшему технологическому персоналу. Мы постоянно их отправляем в командировки на обучающие семинары, на предприятия родственного нам профиля. Кроме того, приглашаем к себе консультантов из России, из Голландии и проводим постоянное обучение на месте.

— На сегодняшний день сколько человек в вашем коллективе? Наверняка, это зависит от территории обслуживания. Сколько гектаров сегодня занято под тепличный комплекс?

— Больше ста человек сегодня в ТОО «Тепличные Технологии Казахстана». Как я уже говорил, мы в первые годы своей деятельности вышли на три с половиной гектара. В позапрошлом году сделали проект расширения нашего комплекса до шести гектаров и начали его воплощать. Этот проект имеет три этапов развития. В мае прошлого года мы расширились до четырех с половиной гектаров. А сейчас заканчивается строительство еще 0,3 га. Таким образом, в течение этого года мы выйдем на пять гектаров.

Будет ли следующий этап развития – вопрос для нас непростой, потому что это связано с тарифом на электроэнергию. Об этом стоит сказать отдельно.

 

На любой вкус

 

— А пока давайте поговорим о том, ради чего все это затевалось, — о продукции ТОО «Тепличные Технологии Казахстана». С чего вы начинали и как расширяли ассортимент? Ну и, естественно, нельзя не сказать при этом о качестве вашей продукции.

— Мы начинали с огурцов и томатов, которые производили, как и сегодня, из голландских семян (дополнительно, в летний период, используется несколько российских сортов огурцов, например, «кураж», пупырчатые короткоплодные). Изначально была поставлена задача, чтобы, видя наш бренд, люди не сомневались в качестве наших огурцов и помидоров. Поэтому сразу же было уделено серьезное внимание вопросам качества, под которым мы понимаем наряду с полезностью овощей и калибровку продукции, и сортировку. В теплицах, как правило, те, кто собирает овощи, сразу их и упаковывает. Мы же выделили специальный участок (хотя это достаточно затратно), для того чтобы сортировать и калибровать продукцию – чтобы она выходила из теплицы только стандартного качества. Нестандарт, который подразумевает только внешний вид продукции, уценивается и продается по более низким ценам.

— Вы зашли на рынок с помидорами и огурцами, а что было дальше? Что выращиваете сегодня?

— На каком-то этапе, в 2013 году, мы отказались от томата, потому что это оказалось не очень эффективно. Мы тогда еще не умели выращивать его, да и конкуренция, с дешевыми китайскими помидорами, свою роль сыграла. Сейчас мы снова вышли на рынок томата, потому что кроме эффективности существует еще и ассортимент продукции, который в конечном итоге позволяет сбалансировать сбыт.

Потом мы начали производить салат сорта батавия – тоже голландской селекции. Кроме салатов выращиваем рукколу в небольших объемах, лук на зелень, щавель. Производительность нашей салатной линии – две с половиной тысячи упаковок в сутки. Пробовали также выращивать укроп, петрушку, но это неэффективно.

Теплиц становится все больше, ассортимент все богаче – стал вопрос, в каком направлении расширяться дальше, тем более у нас хороший, современный опыт в этом деле. И после введения в эксплуатацию салатного отделения в 2016 году (тогда оно в Казахстане было единственное такое — с датской технологией движущихся лотков в тонком слое) мы начали выращивать томаты черри, розовые томаты.

Летом пошли баклажаны. Раньше их никто у нас не выращивал в теплицах, но это стало возможно после того, как перешли на прививку баклажанов. У них слабая корневая система, и в нашей теплице при малом объеме субстрата они плохо развиваются. Прививая баклажаны на дикие томаты «максифорт» (а это 50 тысяч штук), мы получаем мощную корневую систему баклажана, которая позволяет нам выращивать громадные растения.

Также выращиваем перцы, в том числе и острый перец в этом году начали производить. Выращивали клубнику, но пока остановились. Планируем строительство теплицы под клубнику, но сейчас просчитываем, будет ли это экономически выгодно. Если нет – откажемся от этого проекта, как когда-то отказались и от выращивания рыбы исключительно по экономической причине. Браконьеры и китайские производители «вышибли» полностью эту тему — рыбное направление у нас попросту не окупится.

— Александр Николаевич, в завершение нашего разговора о качестве продукции скажите, какую технологию выращивания овощей вы используете? Какое питание подается растениям? Мы, потребители, можем быть уверены, что потребляем не генномодифицированные или насыщенные нитратами огурцы с помидорами?

— Мы применяем малообъемную технологию капельного полива, иногда ее называют гидропоникой. В маленьком объеме субстрата выращивается растение.

Наша продукция качественная, так как для ее выращивания мы используем натуральный кокосовый субстрат, с множеством всяких солей, скажем, калия, – не синтетику. Для питания используем однокомпонентные удобрения, то есть химически чистые вещества. Наши овощи не являются генномодифицированными. У нас существуют рецепты по поливу растений на каждый период их роста – все это высчитывает агроном за компьютером. Выращивание того же огурца – абсолютно технологическая вещь. Можно точно сказать, когда он будет, сколько его будет, какой у него будет вес. Таким образом, давая растению оптимальное на тот или иной период количество подобранных удобрений, мы можем стопроцентно гарантировать, что практически никаких нитратов в нашей продукции нет. Нитраты накапливаются при неправильном ведении процесса и когда слишком много дается удобрений. Лишние удобрения – это потеря денег в конечном итоге. Зачем нам это? Тем более что у нас чистейшие удобрения.

— Ну и можно надеяться, что у вас ведется контроль качества продукции?

— Еженедельно сдаем в СЭС на проверку нашу продукцию. И ведем свой внутренний контроль. У нас есть спектрофотометры, которые измеряют все в зависимости от используемых стандартов – нитраты, содержание калия, натрия, магния, хлора и так далее. Мы проверяем не только те растворы, которые идут на полив, но и то, что образуется в дренаже, чтобы там не было каких-то избыточных веществ.

 

На грани выживания

 

— В общем, вырастить огурец, чтоб он был для потребителей полезным, а для вас, производителей, и экономически выгодным, – не такое уж и простое дело. Ну и про эту самую экономическую выгоду давайте поговорим. Вы, Александр Николаевич, уже начали говорить о том, что у ТОО «Тепличные Технологии Казахстана» сегодня непростая ситуация. Я знаю, что возникшую проблему вы подняли на уровень заместителя акима области, когда он приезжал на отчет главы города перед населением.

— Это основная наша проблема на данный момент. В Казахстане, как и во всем мире, существовала дифференцированная система стоимости электроэнергии. Ночью, когда электроэнергия никому не нужна, она была дешевая. И нас это устраивало. Тогда средняя стоимость киловатта электроэнергии была около 10 – 12 тенге. Дешевая ночью, дорогая днем. С 7 до 23 часов мы ею не пользовались. В принципе, все всех устраивало. Всех, кроме энергетиков. Во всем мире это выгодно, а у нас в Казахстане нет. И с сентября прошлого года сделали среднюю цену – 21 тенге. То есть для нас, пользовавшихся дешевым ночным тарифом, стоимость электроэнергии ежемоментно выросла в два раза. Если такая цена останется, никакого развития нашего тепличного комплекса не будет. При такой стоимости электричества разговор идет о выживании нашего предприятия, потому что ТОО «Тепличные Технологии Казахстана» перестает быть рентабельным. Тем более, у нас нет газа, на который можно было бы перейти, как это делается в соседней России. А у нас вместе с отменой дифференцированного тарифа, в этот же период, из-за отсутствия денег перестали выдавать и субсидии, которые были на электроэнергию и все остальное. Самое важное, с моей точки зрения, — остановили инвестсубсидирование. Это, я считаю, самый лучший инструмент развития производства: если ты за свои деньги строишь что-то, то государство тебе компенсирует часть твоих затрат. Мы рассчитывали на это, чтобы продвигаться вперед. Так вот и это – остановили: говорят, нет денег.

— Вы эту проблему перед кем-то обозначили? Какой выход для себя видите?

— Мы эту проблему обозначили перед всеми, начиная с нашей администрации и заканчивая акиматом области, «Нур Отаном», Министерством сельского хозяйства, институтами поддержки предпринимательства. Решение должно быть комплексное, стратегическое. Эта проблема, может быть, решится с подключением к ТЭЦ без посредников, и это даст нам возможность получить тариф 12 – 13 тенге, что позволит нашему предприятию существовать и развиваться дальше. Сейчас ждем технические условия. Тогда можно будет начать проектирование, а в дальнейшем и строительство линии от ТЭЦ к теплице. Надеюсь, это будет наш совместный с государством проект, если оно заинтересовано в том, чтобы мы существовали, обеспечивали продовольственный пояс вокруг столицы, не сокращали, а увеличивали рабочие места – при развитии до пяти тысяч тонн, давали нужную всем продукцию. В этом видим для себя выход.

А сегодня мы работаем через ТОО «Кокшетау Энерго», по их тарифам. И пока проблема не решена, мы стоим на грани выживания. Не только прекратится развитие предприятия — оно попросту остановится. Так и будет, если останется сегодняшняя цена на электроэнергию. Нам просто будет невыгодно работать, притом что есть российский рынок с приемлемыми ценами, китайский рынок, который для той же России выращивает огурцы по два рубля за килограмм. Разве мы сможем с ними конкурировать? Конечно, нет.

— Нам остается только пожелать вам, Александр Николаевич, чтобы одно из самых успешных в Степногорске и во всей Акмолинской области предприятий не закрылось ни в год своего десятилетия, ни позже. А, напротив, развивалось дальше, потому что мы, потребители, хотим видеть на своем столе огурцы и помидоры, баклажаны и перцы бренда, которому доверяем. Спасибо за интервью.

 

Интервью провел Виктор МОЛОДОВСКИЙ

Поделиться в социальных сетях

Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
comments powered by HyperComments
Поделиться: